Аргументов «за» - более чем достаточно. Первый в России «детский» суд был открыт ровно 100 лет назад – в конце января 1910 года. Спустя ровно четверть века уже при другом строе, так называемую ювенальную юстицию незаслуженно росчерком пера, правда, упразднили. На новом витке истории именно донской регион стал правофланговым в России на пути воссоздания специализированной системы правосудия по делам несовершеннолетних. В это время первый в стране ювенальный суд открыли в Таганроге. Затем такие же суды появились в Шахтах и Егорлыкском районе. Кроме этих модельных судов ювенальные технологии стали использовать ещё несколько донских судебных структур. За опытом в Ростовскую область потянулись делегации практически со всей страны. Совет судей России рекомендовал его для использования на других территориях.
Донская практика ювенальной юстиции одобрена Общественной палатой России. Её поддержали большинство участников парламентских слушаний, которые специально проводились по этому вопросу в Государственной Думе страны. И, наконец, признанием заслуг ростовчан явилось утверждение председателя Ростоблсуда Виктора Ткачёва членом рабочей группы при Совете судей России по созданию, внедрению и развитию механизмов ювенальной юстиции. Её ответственным секретарём утверждена судья Ростоблсуда Елена Воронова, которая, для справки, принимала участие и в парламентских слушаниях.
В своём обращении на имя главы государства члены Общественной палаты выразили озабоченность в связи с отсутствием в России стройной, основанной на правовых процедурах системы защиты прав детей, «в центре которой находился бы ребёнок». Именно это, по уверению членов ОП, привело к росту таких явлений, как детская преступность, наркомания, беспризорность. «Даже тот небольшой опыт развития ювенальных технологий на современном этапе судебной реформы, приобретённый в Ростовской области, подтверждает эффективность использования … правовых процедур», констатировали члены федеральной ОП. Они особо акцентировали внимание на то, что воссоздание специализированного правосудия по делам несовершеннолетних отвечает не только национальным интересам России, но и необходимо для исполнения её международных обязательств. В частности, Конвенции ООН о правах ребёнка.
Парадоксально, но факт: в ряде регионов неожиданно выступили против стратегической линии, объявленной на съезде судей России, поддержанной федеральным Советом судей, а также указанной в «Национальном плане действий в интересах детей», который был утвержден в своё время главой государства и предусматривает создание системы ювенальной юстиции, специализированных судов по делам несовершеннолетних. В этом ряду вполне прогнозируемо оказался Краснодарский край – продуктивных судебных новаций, таких, чтобы изучала вся страна, здесь давненько не было. Именно в Краснодаре 22 января 2010 года, ровно, кстати, через 15 лет после введения в современной России в правовой оборот термина «ювенальная юстиция», провели самые что ни на есть антиювенальные общественные слушания. Их так и назвали: «Какую угрозу представляют западные технологии ювенальной юстиции, активно внедряемые в современное российское общество». В числе участников слушаний были депутаты муниципального и краевого уровня, представители духовенства. Обращает на себя внимание такой факт. Местный владыка митрополит Исидор заявил: «Считаю необходимым разъяснить людям что введение в той или иной форме ювенальной юстиции западного образца составляет угрозу национальным интересам нашей страны, противоречит конституционному принципу защиты семьи, её независимости, свободного выбора родителями формы воспитания детей. Ставит семью под жесткий контроль чиновников, разрушает единую действующую в Российской Федерации судебную и правоохранительную системы. Вдумайтесь, детям дают право подавать в суд на собственных родителей. Таким образом, под предлогом защиты прав детей, в них воспитывают неуважение к тем, кто их родил и воспитал. Грех против пятой заповеди о почитании родителей возводится в юридическую норму».
Судья Ростоблсуда Елена Воронова знакома с такой точкой зрения. В недавнем «прямом эфире» на ТВ она сочла нужным расставить акценты:
- Поскольку имеет место дискуссия о ювенальной юстиции и православных ценностях, хочу отметить, что стоящие перед ювенальной юстицией в системе правосудия России задачи в области профилактики правонарушений, сохранения нравственности в обществе, поддержки семьи, материнства и детства полностью совпадают с положениями, изложенными в «Основах социальной концепции Русской православной церкви», принятых Освященным Архиерейским собором Русской православной церкви ещё в 2000 году.
Дискутировать по поводу тезисов отдельных представителей духовенства вряд ли нецелесообразно. Особенно на фоне того, что до сих пор в стране фиксируется рост нарушений законодательства о правах и законных интересах несовершеннолетних, всё ещё велико число неблагополучных семей, а дети, растущие в этих семьях, пополняют ряды беспризорных и безнадзорных, становятся жертвами преступлений, а порой и сами становятся преступниками.
Уголовный процесс, как особо подчеркивает Елена Воронова, для несовершеннолетних – жертв преступлений – травматичен: сначала ребёнка допрашивает оперативный сотрудник МВД, затем следователь, потом он даёт показания в судебном заседании, то есть вновь и вновь вынужден переживать стресс, связанный со случившимся с ним несчастьем. В залах судов, где рассматриваются такие уголовные дела, обычно нет возможности исключить новый психотравмирующий контакт жертвы с преступником.
Эти и другие нюансы постарались учесть при открытии донских ювенальных судов. Скажем, «детский» суд в Таганроге сразу же открыли в отдельном здании. Кабинеты судей, помощника судьи с функциями социального работника, залов судебных заседаний полностью соответствуют «Минимальным стандартным правилам ООН, касающимся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних». Здесь уже побывали представители более 40 регионов России. Они познакомились, разумеется, не только с обустройством донского ювенального суда – куда важней применяемые здесь ювенальные технологии.
Одна из них, заметим, – это ограничение гласности при судебном рассмотрении дел в отношении несовершеннолетних и обеспечение прав подростков на конфиденциальность. Облсуд рекомендовал судам «непосредственно руководствоваться» положениями минимальных стандартных ООНовских правил – в них чётко прописано, что право несовершеннолетних на конфиденциальность должно уважаться на всех этапах судопроизводства, что необходимо избегать причинения ребёнку вреда из-за «чрезмерной гласности». При новой модели судопроизводства активна роль социальных работников, психологов. Они помогают судьям глубже и объективней разобраться в тех непростых ситуациях, в которые попали подростки. И выносить не только формально правильные, но и справедливые решения. Их лейтмотив - такие дети не должны оставаться на обочине жизни. Жаль, если кому-то показалось, что эти идеи не гармонируют с духовными ценностями.
Валерий Сипетин, 25.01.2010г., газета «Молот» (www.molotro.ru)
